2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Вышла ли россия из кризиса 2020 2020

74 рубля за доллар: В 2020-м Россию накроет глобальный кризис

По прогнозу АКРА, нас ждет рецессия минус 0,5% ВВП

Экономика России вырастет в 2019 году менее чем на 1%. Об этом говорится в базовом варианте прогноза рейтингового агентства АКРА. При наихудшем сценарии, считают аналитики, в РФ наступит рецессия, и спад экономики может составить минус 0,5% ВВП в 2019—2020 годах.

АКРА считает, что начало глобального экономического кризиса придется на конец 2019 года. По мнению экспертов агентства, к этому ведет замедление роста мировой торговли до 1,7%, повышение таможенных пошлин США и Китаем в ходе торгового конфликта и угроза сжатия товарообмена США с Мексикой и другими странами.

В результате, развитые страны в конце года ждет стагнация или спад. Но труднее всего придется некрупным странам с узкой специализацией.

Согласно прогнозам АКРА, рост мирового ВВП в 2019 году замедлится до 1,3%, а в 2020-м торговая война приведет США к рецессии.

Китайскую сторону, считают аналитики, ожидают меньшие потрясения. Вероятное снижение объемов и потенциала китайского экспорта представляет серьезный вызов для КНР, однако вряд ли приведет к рецессии в экономике Китая. Страну ожидает замедление темпов экономического роста до 4−4,5%, которое произойдет раньше 2022 года.

Для России такая перспектива чревата крупными неприятностями. Замедление темпов роста мировой торговли может снизить объемы российского экспорта, говорится в макропрогнозе. Более 20% экспорта России приходится на прямых участников торговых войн и страны с риском введения протекционистских мер в ближайшем будущем. Введение торговых ограничений приведет к росту цен на импорт и снижению реального конечного спроса в конфликтующих странах, отмечают в АКРА. Это будет сдерживать рост спроса на традиционные для России экспортные товары и повышение цен на сырье (в том числе в Европе). В результате на нефтяном рынке риски будут реализовываться не только на стороне предложения (ввод трубопроводных мощностей в США), но и на стороне спроса.

Если регулирование финансовой системы России позволит выдержать ухудшение динамики экспорта без финансового стресса, то российская экономика сможет пройти неблагоприятный период с темпами роста 0,4−0,9% в 2019—2020 годах. Но при более значительном спаде внешнего спроса либо в случае неадекватных мер регулирования возможно наступление рецессии.

Заметим, что базовый прогноз АКРА предполагает рост реальных располагаемых доходов населения РФ: на 0,2% в 2019 году, на 0,3% в 2020-м, на 0,9% в 2021-м, на 1,2% в 2022-м и на 1,5% в 2023 году.

В числе прочего АКРА дает оценки по динамике курсов доллара и евро к рублю. Среднегодовой курс доллара в текущем году, согласно базовому прогнозу, составит 67,1 рубля, в следующем году — 73,8 рубля, в 2021-м вернется к уровню 67,3, в 2022-м будет равен 69,2 рубля, в 2023-м дойдет до 70,2 рубля.

Для евро пиковый уровень в 2020 году составит 80,3 рубля после среднегодовых 74,5 рубля в 2019-м. На 2021 год АКРА прогнозирует среднегодовой курс евро в 72 рубля, на 2022 год — 73,4, на 2023-й — 74,4 рубля.

В целом, прогноз АКРА сводится к одному: России мало не покажется. Тем более что экономический спад придется на период перед президентскими выборами 2024 года. Для Кремля это может осложнить транзит власти Владимира Путина: возрастают риски, что неадекватность власти и разрушение инфраструктуры создадут casus belli — предлог для войны общества и правящей элиты.

— Прогноз АКРА — не первый негативный за последнее время, — отмечает председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова, профессор кафедры международных финансов МГИМО (У) Валентин Катасонов. — В июне Всемирный банк снизил оценки по росту глобальной экономики до 2,6% (в прошлом году рост составил 3%). Ожидается, что в группе стран с развитой экономикой, особенно в еврозоне, экономический рост в 2019 году замедлится из-за сокращения экспорта и инвестиций. Темпы подъема экономики США в нынешнем году по прогнозам снизятся до 2,5%, а в 2020 году — до 1,7%.

Кроме того, 23 июля Международный валютный фонд (МВФ) ухудшил прогноз роста мирового ВВП в 2019 году на 0,1%. При этом оценка роста экономики России в 2019-м снижена на 0,4% — до 1,2% ВВП.

Я же лично считаю, что вторая волна мирового финансового кризиса до сих пор не накрыла человечество только благодаря чуду. А чудо, вы понимаете, не может длиться бесконечно.

«СП»: — Насколько готово к кризису российское правительство?

— То, как наши чиновники комментируют негативные прогнозы ВБ и МВФ, меня умиляет. Они ведут себя словно сторонние наблюдатели, и не предпринимают никаких практических мер для защиты от грядущего цунами.

Так, министр экономического развития России Максим Орешкин заявил, что в 2021 году в России лопнет пузырь на рынке потребительского кредитования. После этого ВВП якобы может упасть на 3%, экономика уйдет в рецессию, а в стране может начаться кризис. Чтобы этого не случилось, считает Орешкин, достаточно образовавшийся пузырь «потихонечку сдувать».

На мой взгляд, ни министры экономического блока, ни премьер Дмитрий Медведев не управляют процессом выстраивания защиты. Хотя негативные прогнозы, я считаю, точно сбудутся.

«СП»: — Насколько точно АКРА нарисовала сценарий кризиса?

— В деталях я не уверен: спрогнозировать тайфун и его маршрут крайне сложно. АКРА, я считаю, приводит подробности, которые не так уж принципиальны: причинно-следственные связи в экономике очень разнообразны и сложны.

Здесь, я считаю, надо понимать главное: вторая волна кризиса неизбежна, и нормальный человек к катаклизмам готовится — скажем, чинит крышу своего дома.

«СП»: — Как выглядит набор защитных мер в нашем случае?

— Нам необходимо все-таки переходить к импортозамещению. Вторая волна может привести к тому, что позиции доллара существенно ослабнут, и тогда мировая торговля будет парализована. России совершенно не нужно зависеть от таких «причуд» мировой конъюнктуры.

Кроме того, нам необходимо блокировать свободное движение капитала. Собственно, именно потоки «горячих» денег провоцируют кризисы.

«СП»: — Откуда придет эта вторая волна?

— Трудно сказать. Это может быть экономика США, как было в 2008 году, либо может быть Евросоюз, либо Китай. Не думаю, что, если начнется глобальный кризис, КНР легче других переживет этот катаклизм.

«СП»: — У нас разговоры о кризисе всегда сводятся к прогнозу цен на нефть, поскольку благосостояние РФ напрямую от них зависит. Что, по-вашему, будет с нефтью?

— Я считаю, на рынке «черного золота» возможно резкое снижение цен. Сегодня очевидно, что Америка хочет разрушить блок ОПЕК+, в который входит и Россия. Трудно сказать, когда именно это снижение произойдет. Налицо обычный алгоритм захвата мирового рынка. Сначала тот, кто желает царствовать на рынке, проводит политику демпинга. Длительный демпинг приводит к тому, что конкуренты не выдерживают и гибнут. Не исключаю поэтому, что многие российские компании окажутся в списке выбывших из игры. А потом начинается следующий этап — монопольный взлет цен.

Так что мы не должны особо радоваться, что РФ пролонгировала еще на девять месяцев соглашение ОПЕК+. Это соглашение, я считаю, играет на руку США: позволяет активно вести разработку сланцевой нефти — причем, вести на важнейшем первом этапе, когда издержки самые высокие.

Мы, кроме того, сокращаем экспорт нефти, и тем самым позволяем американцам занять свободные сегменты рынка.

«СП»: — Проседание экономики РФ может дестабилизировать ситуацию внутри страны, и осложнить Кремлю транзит власти?

— Уверен, ситуация для Кремля будет негладкой. Сошлюсь на события десятилетней давности. Еще весной 2008 года Алексей Кудрин считал, что Россия останется «островком стабильности». А осенью того же года нас накрыло волной кризиса, и по всем параметрам он получился более тяжелым, чем в США.

Думаю, что и вторая волна будет для нас очень болезненной.

— Римский клуб несколько лет назад обнародовал прогноз: нефть может достичь пика спроса уже в 2020 году, — напоминает президент Союза предпринимателей и арендаторов России Андрей Бунич. — Пока все игроки исходят из того, что пик спроса будет достигнут в 2030—2040-х годах. Но не исключено, что гром грянет прямо сейчас.

Если перелом произойдет, и спрос на нефть пройдет точку невозврата, это абсолютно точно повлечет серьезные последствия. Уже сейчас энергетические гиганты стоят не так много, как раньше. Основная доля капитализации приходится на высокотехнологические компании — Apple, Google, Facebook уже сегодня стоят под $ 1 трлн.

То, что деньги пришли в высокотехнологичный сектор — это и есть оценка будущего. Компании, которые стоят много, являются проводниками проектов в области альтернативной энергетики, и вообще технологий, связанных с новой эрой. По сути, ситуация подходит к точке фазового перехода, а сам переход может случиться в 2020—2021 годах.

Вы посмотрите: ну совсем не хочет нефть идти вверх — даже несмотря на угрозу войны с Ираном. Соглашение ОПЕК+ на этом фоне оказывает на рынок минимальное воздействие. Зато глобальные тренды, которые я перечислил, будут действовать дальше, и могут сойтись в ближайшие два года.

Думаю, ситуация может развиваться даже более драматически — если учитывать специфику мирового финансового рынка и геополитические интересы игроков. Соперничество и торговые войны могут активизировать игру Запада в отношении России. И тогда нас, действительно, может накрыть очень серьезная рецессия.

Экономический кризис в России в 2020 году будет подобен мощному шторму

Основная часть Россиян не ощутила улучшения со времён 2008 года, а Россию уже готовят к экономическому кризису в 2020 году. По мнению аналитиков, он станет результатом падения мировой экономики и будет гораздо более продолжительным и сложным, чем предыдущий. Проблемы России усугубит внешнеполитическое давление, внутренние социальные проблемы и приближение транзита власти в 2024 году.

Что может вызвать экономический кризис в России в 2020 году

Несмотря на относительную изолированность российской экономики из-за санкций, она не на столько самостоятельна, чтобы защититься от новой волны кризиса, которая, по прогнозам экспертов, накроет мир в 2020 году.

Цены на сырьё на международном рынке падают, а с ними и доходы российского бюджета. Денежная масса в мировой экономике снижается, торговые войны набирают обороты, в доходности гособлигаций наблюдается инверсия, мировая экономика замедляется.

К этим глобальным факторам в России добавляются и внутренние:

  • с 2008 года российский ВВП так и не вернулся к докризисному уровню, а с 2014 года снижается всё быстрее;
  • закредитованность населения достигла катастрофических объёмов, а на фоне постоянного снижения уровня доходов число безнадёжных кредитов и банкротств растёт;
  • иностранные капиталы берут с российского рынка из-за его нестабильности и подверженности санкционным угрозам, сумма распроданных нерезидентами российских активов в 2019 году приближается к 80 млрд долларам США;
  • из-за санкционных ограничений России перекрыт доступ к дешёвым кредитным деньгам за рубежом;
  • падение стоимости нефти негативно отражается на курсе рубля, а её рост уже практически не поддерживает его;
  • сверхдоходы государства от экспорта сырья направляются в резервный фонд, а не на модернизацию экономики страны;
  • санкции хоть и медленно, но безжалостно душат российскую экономику и отмена их пока не намечается.

Последствия экономического кризиса в России в 2020 году для граждан

Больше всего от кризиса в России пострадают рядовые граждане. Экономические элиты обезопасили себя мощным запасом денег, вывезенных за рубеж, а политические – накоплениями в Фонде национального благосостояния.

Остальных россиян в случае кризиса ожидает:

  • рост ставки по ипотечным и другим кредитам;
  • потеря вкладов, размещённых на счетах российских банков, многие из которых обанкротятся;
  • сокращение размера оплаты труда и числа рабочих мест;
  • заморозка пенсионных отчислений;
  • отмена программ социальной помощи, льгот, субсидий премий и грантов;
  • увеличение налоговой нагрузки в малом и среднем бизнесе;
  • быстрый рост цен;
  • обесценивание рубля.

Россияне уже не раз сталкивались с такими трудностями, но возможностей противостоять им становится всё меньше.

Позиция властей в подготовке к экономическому кризису в России в 2020 году

Российские власти знают о приближающемся кризисе. Об этом свидетельствуют масштабные закупки валюты и золота, за счёт которых они надеются пережить его максимально безболезненно.

Но в отношении собственных граждан правительство России предпочитает совсем нещадящие меры. Возможно, максимальным давлением на народ власти надеются приучить его терпеть лишения после кризиса.

Поэтому в преддверии экономического кризиса, российские власти:

  • повышают пенсионный возраст;
  • увеличивают налоги;
  • усиливают давление на бизнес, который является главным источником рабочих мест;
  • жёстко подавляют любые протестные настроения;
  • тщательно корректируют статистику, чтобы сделать её показатели оптимистичными.

Эксперты считают, что такие меры не способны стимулировать экономику, а могут лишь окончательно развалить её. Однако чиновников гораздо больше заботит накопление резервов, которые позволят им без потерь пережить кризис и обеспечить безболезненный трансфер власти в 2024 году.

Наращивание военного потенциала будет полезно в случае, если экономические и социальные проблемы перерастут в вооружённый конфликт.

Не брать кредитов и откладывать на будущее: ждать ли очередного экономического кризиса в 2020 году

Пережившие не один экономический кризис приморцы активно делятся друг с другом прогнозами очередного финансового конца света в 2020 году. В сообщениях неизвестных финансистов, которые распространяются в мессенджерах и соцсетях, граждан призывают продавать квартиры, брать кредиты и вкладываться в экспортера. Насколько оправданы такие прогнозы и как на самом деле надо готовиться к экономическому кризису, VL.ru узнал у экспертов.

Кризис или замедление

Главный экономист «Эксперт РА» Антон Табах заметил, что кризисов бояться не надо, они все равно наступят. Последний из них был 11 лет назад. С учетом того как центробанки разных стран накачивают рынки деньгами, а инфляция не растет, скорее всего, будет не ужасный кризис, а всего лишь замедление мировой экономики. Россия как экспортно-зависимая страна, конечно, окажется наиболее уязвимой, но при плавающем курсе рубля и хороших резервах это будет менее заметно, чем в 1998 и 2008 годах.

Финансовый советник и директор ООО «Финион» Вячеслав Картамышев считает, что мировое сообщество впервые живет в таком экономическом моменте, который не имеет даже приблизительных аналогов в прошлом. «Сегодня невероятно большое количество политики в экономике, один лишь «твит» может определить ход торгов и стоимость активов целых экономик и отраслей. В такой ситуации делать какие-либо достоверные прогнозы нет никакой возможности, надо рассматривать спектр мнений. Но отрицать проблемы в мировой и российской экономике тоже нельзя. Скорее всего, произойдут небольшое торможение и спад производства».

Директор филиала «Брокерский дом «Открытие»» во Владивостоке Роман Манаенков согласен с этой точкой зрения: в мировой (а не только в российской) финансовой системе принято заливать кризисы ликвидностью. Даже если предположить, что зарубежные инвесторы будут выводить активы с российского рынка, то падение рынка может быть достаточно непродолжительным.

Уже заметна стагнация в секторе строительства, что объясняется слабостью динамики роста реальных доходов населения. Достаточно взглянуть на данные за август, когда инфляция замедлилась до 4,3%, но одновременно замедлился рост товарооборота до 0,8%, а вот рост кредитной нагрузки усилился. Значит, снизятся будущие располагаемые доходы населения. Впрочем, у правительства накопился излишек долговой нагрузки и финансовых резервов, чтобы в нужный момент осуществить стимулирующие меры. По сути, государственные финансы уже некоторое время живут в условиях цены на нефть около $40 за баррель, складывая излишки в Фонд национального благосостояния. Поэтому какой-то запас прочности у государственного бюджета есть.

Меньше кредитов, больше накоплений

Кризис – явление внезапное, он наступает после некоторого периода эйфории на рынке. В России сегодня никакой эйфории нет. «По макроэкономическим показателям наша страна – одно из самых подготовленных к кризису и рецессиям государств среди участников мировых взаимоотношений. Правда, за это приходится платить высокую цену: нулевой рост реального ВВП, падение реальных доходов населения из года в год, да и в принципе отсутствие видимости «света в конце тоннеля»», – высказывает мнение Вячеслав Картамышев.

Простым людям, по мнению финансового аналитика, в такое время ничего хорошего ждать не стоит, кроме очередной дырки в затягивающемся поясе, в котором и так уже не осталось заводских отверстий для пряжки. Стоит внимательно отнестись к своей долговой нагрузке и не брать новых кредитов. И лучше избегать рискованных предложений.

Антон Табах описывает алгоритм действий россиян в кризис вполне конкретно: «Простым людям надо следить за своими рабочими навыками и брать поменьше кредитов. Из хорошего – в следующем году ипотека почти гарантированно будет дешевле».

Роман Манаенков также считает, что необходимо следить за своей кредитной нагрузкой. Лучше, конечно, не иметь каких-либо задолженностей, а обладать накоплениями в различных валютах, а также финансовых инструментах. Кредиты в кризис могут стать источником личных банкротств, поскольку рынок труда в такие периоды сжимается, и будет весьма неприятно оказаться с долгом перед банком и без работы. Соответственно, если доходы позволяют, то следует немного откладывать на будущее, как это делает российское государство, чистый долг которого стал отрицательным этим летом.

Цены растут быстрее инфляции

На фоне негативных ожиданий у россиян нет доверия к цифрам официальной инфляции.

С точки зрения Антона Табаха, вопрос в конструкции портфеля, по которому считают инфляцию, для нас всех (и простых, и непростых людей) инфляция – это чек в супермаркете и на бензоколонке, счет за квартиру. «Здесь важна и психология – мы почти не замечаем падения цен (яйца в 2017 году, например), но очень сильно замечаем их рост. Падение или стабилизация цен на технику или сотовую связь тоже в расчет не берем, и это не только российский феномен», – замечает Антон Табах.

Роман Манаенков говорит, что Росстат показывает индекс роста цен по определенным позициям. А на уровне обычного гражданина восприятие инфляции идет лишь с точки зрения потребителя. Например, в Китае инфляция в августе была ниже 3%, а вот продовольственная превысила 10%. Схожая ситуация наблюдается и в России. На потребительском уровне многие воспринимают инфляцию в качестве цен на товары ежедневного потребления, но складывается она из гораздо более широкого перечня товаров и услуг.

В период кризисных явлений можно ожидать ускорения роста цен на фоне нестабильного рубля. Однако в последнее время Россия существенно снизила свою зависимость от импорта. Соответственно, ценовая политика внутренних производителей будет определяться доступностью денег у населения, а это в большей степени повод для того, чтобы в кризис цены не росли или делали это умеренными темпами.

По мнению Вячеслава Картамышева, реальная инфляция действительно находится на уровне 10% по основной потребительской корзине. Об этом говорят независимые замеры цен на одни и те же товары в одних и тех же магазинах на протяжении многих лет.

«Мировой экономический кризис грянет в 2020 году и накроет Россию»

Прогнозы экономистов прозвучали пугающе

09.10.2019 в 12:50, просмотров: 239624

В мире ждут очередного экономического кризиса. Он, как предсказывают многие специалисты, наступит в будущем году и по длительности и мощи превзойдет кризис 2008—2009.

Вчера управляющая МВФ заявила о рекордном замедлении роста мировой экономики. Прогноз Всемирного банка говорит о той же тенденции. Мы попытались разобраться в причинах и возможных последствиях нового кризиса для России. Самый жесткий прогноз — резкое падение рубля и рост цен, массовые увольнения и глобальная разбалансировка экономической системы.

«Идеальный шторм» сложится из нескольких объективных факторов. К ним эксперты относят повышение таможенных пошлин США и Китаем в ходе торговой войны, замедление роста глобального ВВП до 0,8%, резкое падение спроса и цен на углеводороды, «пузыри» на крупнейших фондовых рынках.

Новая управляющая Международного валютного фонда Кристалина Георгиева в программной речи заявила о рекордном замедлении роста мировой экономики: «Если произойдет серьезный спад, корпоративный долг, сопряженный с риском дефолта, повысится до 19 триллионов долларов, или почти до 40% совокупного долга в восьми ведущих экономиках. Это превышает уровни, наблюдавшиеся во время финансового кризиса». Особый акцент она делает именно на торговых войнах: «В торговой войне проигрывают все. Для мировой экономики совокупный эффект торговых конфликтов может означать потерю примерно 700 миллиардов долларов к 2020 году».

Нынешний стремительный подъем экономики США чреват биржевым крахом, по масштабу сопоставимым с Великой депрессией 30-х годов прошлого века — и тогда человечеству не избежать затяжной рецессии, предупреждает американский экономист и инвестбанкир Джеймс Рикардс.

Его соотечественник и коллега Нуриэль Рубини по прозвищу Dr. Doom, точно предсказавший драматические события 2008—2009 годов, подбрасывает дровишек в огонь: с тех пор долгов на планете стало только больше, а инструментов для борьбы с этим бременем у развитых государств Запада — меньше. Слишком много денег напечатано центробанками, слишком много активов выкуплено ими у проблемных банков. Новые «смягчения» могут быть опасны.

Кризис назрел еще и в силу циклического развития рыночной экономики: именно двенадцать лет считаются тем классическим средним сроком, что отделяет одну рецессию от другой.

Если прогноз по поводу всемирного кризиса сбудется, волна накроет и Россию. Наша страна, несмотря на декларируемые властями устойчивость экономики и статус «тихой гавани», вновь столкнется с необходимостью обрушить рубль — ради наполнения бюджета. Усилится фискальное давление на бизнес и граждан. Армия бедных получит внушительное пополнение.

В 2009-м падение российского ВВП составило 7,8%, напоминает Центр конъюнктурных исследований ВШЭ, не исключая, что в ближайшие год-полтора страна вновь окажется в яме — прежде всего из-за снижения спроса и цен на нефть и газ.

К тому же выводу приходит рейтинговое агентство АКРА, отмечая: более 20% отечественных поставок за рубеж приходится на прямых участников торговых войн и страны с риском введения протекционистских мер в обозримом будущем. Среднегодовой курс доллара для 2020 года аналитики из АКРА определили в 73,8 рубля.

Российские оптимисты

Вспомним, что в октябре 2018 года премьер Дмитрий Медведев в статье для журнала «Вопросы экономики» воздвиг настоящую концептуальную цитадель, призванную развеять все сомнения в неуязвимости российской экономической системы.

Сегодня у нас устойчивый бездефицитный бюджет и низкий госдолг (особенно в иностранной валюте), а инфляция такова, что обеспечивает макроэкономическую стабильность, отметил глава кабмина. Более того, заявил Медведев, впереди новая цель — создание «прочной основы» для обеспечения устойчивого роста благосостояния как каждого человека и семьи, так и общества в целом.

В российской экспертной среде эта позиция обрела своих сторонников. Наша страна с ее международными резервами, превышающими $500 млрд, «пересидит» любой мировой кризис, считает, например, руководитель ИАЦ «Альпари» Александр Разуваев. Действительно, в 2019 и 2020 годах темпы роста ВВП составят явно невысокие 1–2%, однако на этом негатив и заканчивается, говорит он.

«Резервы государства превышают его долговые обязательства. То есть Кремль может погасить свои долги в один «клик». Бюджет в профиците. Фондовые индексы слабо связаны с уверенностью потребителей. За счет политики умеренно слабого рубля объем несырьевого экспорта достигнет в этом году $140–150 млрд. Завершаются масштабные проекты «Газпрома» — «Северный поток-2», «Сила Сибири», «Турецкий поток». Инфляция по итогам года составит 4,2%, ключевая ставка ЦБ — 6,75%», — перечисляет эксперт составные элементы «охранной грамоты» для России.

Что касается глобальных рисков, то Разуваев называет два. Во-первых, это гипотетический вооруженный конфликт на Ближнем Востоке: c одной стороны США, Саудовская Аравия и их союзники, с другой — Иран, также весьма серьезный противник в военном плане. Исход такого противостояния прогнозировать сложно, но цена нефти легко может превысить $100. Однако Трамп уже заявил, что в отношении Тегерана удовлетворится санкциями.

Во-вторых, это глобальная рецессия, которая обрушит нефтяные котировки и биржевые индексы. Но до президентских выборов в США в ноябре 2020 года обвала, вероятно, не будет: Трампу надо избраться. По мнению собеседника «МК», существует прямая взаимосвязь между недавним снижением базовой ставки ФРС до 1,75–2% годовых (а по кредитам «овернайт» — до 1,7% годовых) и апокалиптическими прогнозами уже на текущую осень со стороны международных финансовых институтов. Судя по всему, резюмирует аналитик, не за горами запуск Штатами новой программы количественного смягчения, размеры которой оцениваются в диапазоне $10–15 трлн. Это значит, мировая экономика опять наводнится ничем не обеспеченными долларами.

Ахилессова пята

У любого кризиса своя внутренняя логика развития. Причинно-следственные связи в экономике удивительно разнообразны и сложны, а конечный результат, как правило, непредсказуем. При этом есть важнейшие и многократно проверенные индикаторы, игнорировать которые невозможно.

Например, в США доходность краткосрочных казначейских облигаций превысила за последние месяцы доходность долгосрочных. В XX и XXI веках этот момент проявлялся несколько раз и практически всегда предвосхищал рецессию. Падение ВВП начиналось минимум через 6, максимум — через 20 месяцев после появления этого предвестника, отмечает Андрей Нечаев, профессор Российского экономического университета им. Плеханова, экс-министр экономики.

«Мировая рецессия надвигается, и подтверждений более чем достаточно — как прямых, так и косвенных, — говорит он. — Темпы роста всех ведущих экономик снижаются, а в Германии этот рост почти нулевой. Ситуация с американскими гособлигациями означает, что в ожидании кризиса инвесторы сбрасывают «короткие» бумаги. Кроме того, никто не отменял циклического характера рыночной экономики: в соответствии с давно сложившимися временными интервалами глобальный спад наступит достаточно скоро».

Для России, по словам Нечаева, жизненно важно, будет ли этот спад сравнительно непродолжительным или затянется надолго. В первом случае финансовой «подушки безопасности» может хватить, чтобы нивелировать последствия. Во втором — резко обострится проблема наполнения федерального бюджета, параметры которого придется коренным образом пересматривать.

Ахиллесова пята отечественной экономики — ее сырьевой характер. И нет никаких гарантий, что если цены на нефть, газ, металлы резко просядут, правительство не «залезет» в Фонд национального благосостояния (сейчас его объем составляет 8,17 трлн рублей, или $122,8 млрд).

Как показывает опыт предыдущего кризиса, любая государственная кубышка может быть опустошена буквально в считаные месяцы. К концу 2008 года объем Резервного фонда достиг 4,9 трлн рублей, но для стабилизации бюджета, пострадавшего от удешевления марки Brent, из него в последующие два года пришлось потратить более 4,6 трлн.

А ведь еще летом 2008 года, напоминает Нечаев, все официальные экономисты, включая тогдашнего вице-премьера Алексея Кудрина, уверяли, что Россия будет островом стабильности в бушующем финансовом море Запада и что нам ничто не грозит. В итоге падение ключевых макроэкономических показателей оказалось намного более серьезным, чем в Европе, США, Китае: накануне кризиса бюджет имел профицит в 1,8 трлн рублей, а год спустя — дефицит в 2,3 трлн рублей; рост ВВП в 2008-м составил 5,6%, а в 2009-м экономика рухнула на 7,8% (!). Вместе с ней рухнули и надежды на становление классического среднего класса, на снижение уровня бедности, на рост инвестиций в образование, здравоохранение и человеческий капитал.

С 2013 года реальные доходы населения падают, хотя в прошлом году Росстат их искусственно «натянул» до нулевой отметки. Население от всего этого смертельно устало, и, предполагает Нечаев, если страна впадет в очередной кризис, не исключены социальные потрясения.

«Массовые увольнения и рост цен»

В ближайшие год-два планетарного финансового коллапса едва ли удастся избежать, считает доктор экономических наук Игорь Николаев. И дело не только в том, что подошел срок: с начала 1960-х в мире было семь экономических кризисов, происходивших с интервалом в семь-десять лет. Главное, что сформировались «пузыри», накопилась критическая масса быстрорастущих рисковых долгов.

Если посмотреть на фондовый рынок США, на отношение общей капитализации к ВВП, эти показатели сегодня примерно на том же уровне, что в 2008 году. Капитализация выросла достаточно существенно. Да, попытки избежать схлопывания предпринимаются, но потенциал таких эффективных и испытанных инструментов, как количественное смягчение, как снижение ставки ФРС, в целом уже исчерпан. Что касается России, ее положение усугубляется рядом факторов, которых 11 лет назад страна не знала.

«Прежде всего это санкции, из-за которых наши крупные компании лишились доступа к западным рынкам капитала и теперь не могут перекредитовываться. Также это невысокие цены на нефть, низкие темпы роста ВВП, падающие доходы населения, которые прежде росли по 10–15% в год. Люди массово залезли в кредиты, им еще отдавать и отдавать долги», — перечисляет Николаев.

При этом неизменной остается структура российской экономики, давно и полностью себя изжившая. Все нынешние нефте- и газопроводы представляются эксперту неким шатким скелетом устаревшей модели. Чтобы их чем-то заполнять, надо постоянно разрабатывать новые, все более труднодоступные месторождения, тратить колоссальные деньги, брать для этого новые кредиты. Но что дальше с этими трубами делать?

Весь мир переходит на альтернативные источники энергии, на экологически чистые возобновляемые ресурсы. Спрос на углеводороды неумолимо снижается, рассуждает собеседник «МК». При этом, по его словам, утверждения властей, что рубль «отвязался от нефти» благодаря бюджетному правилу и цене отсечения в $41,6 за баррель, справедливы не в полной мере. Конечно, сегодня национальная валюта не так сильно реагирует на колебания на топливном рынке, как раньше, но если цена на нефть надолго упадет ниже $40, рубль уже ничто не спасет. И если мы войдем в рецессию, то застрянем там надолго. Не стоит переоценивать такие факторы, как низкий госдолг (около 16 трлн рублей) и крупные золотовалютные резервы РФ ($532,6 млрд).

«Да, хорошо, что эта «соломка» есть. Но, чтобы поддержать национальную финансовую систему, Центробанку вновь придется распродавать валюту в больших количествах. А людей ждут задержки и замораживание зарплат, массовые увольнения, взрывной рост потребительских цен», — предупреждает Игорь Николаев.

Все улетит в тартарары

Судя по всему, последствия ожидаемого кризиса будут во многом сходны с теми, что принес России предыдущий финансовый тайфун.

Кроме удешевления основной экспортной продукции это еще и резкий спад промышленного производства. Это неминуемая девальвация рубля: для сравнения с ноября 2008-го по январь 2009-го его курс ослаб по отношению к доллару на 20%.

Продолжительное падение цены на нефть приведет среди прочего к разбалансировке бюджетной системы и снижению инвестиций. А все то, что правительство представляет как свои неоспоримые достижения — профицитный бюджет, низкая инфляция, мощный неприкосновенный ФНБ, — все улетит в тартараты, уверяет директор Института актуальной экономики Никита Исаев.

«Ничего другого, кроме как обрушить рубль ради наполнения скудеющей госказны, наши монетарные власти не придумают. Будут обваливать, как делали это в декабре 2014 года, когда нефть просела за год со $107 до $57. Или как в декабре 2015-го, когда Brent стоил уже $37.

Бремя преодоления кризиса государство переложит на плечи простых граждан и на малый бизнес. Нас ждет дальнейшее ухудшение качества жизни и усиление налоговой нагрузки», — рассуждает аналитик.

У противников этой точки зрения, отстаивающих официальный взгляд на текущее состояние и перспективы отечественной экономики, есть еще один довод в свою пользу. Он заключается в том, что сегодня из-за санкций и внутренней стратегии импортозамещения Россия не столь тесно интегрирована в международное разделение труда и производственные цепочки, как в 2008 году.

Да, это так, однако об экономической самодостаточности нашей страны говорить не приходится. Россия по-прежнему зависит от внешних поставщиков. Если, скажем, в сельском хозяйстве мы чуть-чуть импортозаместились, то в сфере технологий это остается задачей на десятилетия вперед, напоминает профессор НИУ ВШЭ Алексей Портанский.

По его словам, той же текстильной промышленности остро не хватает новейшего импортного оборудования, закупки которого обходятся в сотни миллионов долларов ежегодно. А глобальная рецессия окончательно развеет миф о России как о «тихой гавани». Кстати, сообщил Портанский, на недавней презентации в Москве ежегодного доклада Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), тема мирового кризиса буквально висела в воздухе и звучала в дискуссиях.

Так, значит, кризису точно быть? Вообще предугадывать и обосновывать такого рода вещи — дело в высшей степени неблагодарное. Спровоцировать катаклизм может любой, внешне ничтожный и абсолютно случайный фактор — хоть геополитический, хоть чисто финансовый. Откуда именно прилетит этот «черный лебедь» (термин, введенный в международный обиход американским экономистом Насимом Талебом для обозначения редких и неожиданных событий со значительными последствиями), сейчас не знает никто.

Готовимся к 2020 году. Эксперт — о назревающем финансовом кризисе

Эксперты по экономике дружно говорят о приближении очередного мирового кризиса. Когда его ждать, и чем он опасен для России?

Свой прогноз в конце августа озвучил глава Минэкономразвития (МЭР) РФ Максим Орешкин: темпы роста мирового ВВП опустятся в 2019 г. ниже 3%, что станет худшим показателем за последние 10 лет. В таких обстоятельствах рассчитывать на бурное развитие экспорта не приходится. И перспективы экономики РФ тоже ухудшаются. По расчетам МЭР, наиболее вероятно, что 2020 г. она вырастет только на 1,7% вместо ожидавшихся 2%, замедлится рост зарплат, а рост курса доллара, напротив, ускорится.

Уже сейчас МЭР опасается, что по итогам 2019 г. рост реально располагаемых доходов населения составит всего 0,1% вместо ранее объявленного 1%. А независимые эксперты утверждают, что 2020 г. наши доходы могут вовсе упасть. Почему? Откуда придет новый кризис? «АиФ» обсудил эти вопросы с заместителем директора группы макроэкономического анализа Аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА) Дмитрием Куликовым.

Чужие войны

Алексей Макурин, «АиФ»: — Август стал худшим месяцем для рубля в этом году: доллар подорожал на 5,2%. Новые трудности уже начались?

Дмитрий Куликов: — Пока на рубль влияют давно ожидавшиеся события. Сначала его толкнуло вниз объявление антироссийских санкций, анонсированных в США еще год назад. А потом не дало возможности восстановиться падение мировых цен на нефть, что отчасти вызвано ожиданиями введения в США новых трубопроводов, позволяющих поставлять больше американской нефти на мировой рынок. Но в целом дела в Штатах идут сегодня заметно хуже, чем раньше.

— Большинство прогнозов, касающихся вероятности нового мирового кризиса, сходятся на 2020−2021 гг. Почему?

— Это показывает анализ развития кризисов в США. В последние полгода там сложилась такая ситуация, когда краткосрочные займы обходятся государству и компаниям дороже, чем выпуск долгосрочных долговых обязательств. Это очень важный индикатор, который проявлялся за последние 50−60 лет несколько раз и в большинстве случаев предвосхищал экономический спад. Падение при этом начиналось минимум через 9, максимум — через 20 месяцев после того, как такой индикатор срабатывал. И получается, что самые негативные ожидания приходятся на 2020 г.

Для этого надо знать, в какой момент времени сойдутся все негативные факторы. Но любая неопределенность угнетает экономику. Компании тормозят новые проекты, предпочитая сберечь деньги на черный день. А так как экономика США очень большая, это ведет к падению спроса на мировых рынках и вызывает проблемы в таких странах, как наша, которые активно экспортируют сырье и товары.

— В каком случае события пойдут по пессимистическому сценарию?

— Если будет разрастаться торговая война между США и Китаем. Она усилит протекционистские настроения в других частях мира и негативно скажется на всей международной торговле. Если же введение новых пошлин, о которых Трамп объявил в августе, будет отложено, как это было уже не раз, есть надежда, что масштабного кризиса не случится, и дело обойдется краткосрочным застоем.

Сейчас есть опасность замедления экономического роста почти до нуля не только в США, но и в странах, являющихся главными торговыми партнерами американцев в Европе. Например, в Германии, Великобритании и Франции. В каких странах конкретно — это зависит от того, как повлияют на политические и торговые отношения между Европой и США события на «китайском фронте».

— Почему для России эти чужие войны опасны?

— Мы связаны торгово-финансовыми отношениями со всем миром. Темпы роста экономики РФ при этом невелики. В результате любой ощутимый внешний шок вызывает ее падение со всеми вытекающими последствиями. Приходится думать уже не о реализации стратегических задач, а о затыкании дыр. В руках правительства остается меньше ресурсов, позволяющих проводить политику, направленную на развитие экономики и рост доходов людей.

Масштаб проблемы

— Что будет с ценами на нефть и рублем, случись самое худшее?

— Если рост мировой экономики сильно замедлится (по нашему пессимистическому прогнозу — до 0,8% в год), то, в 2020 г. средняя цена российской нефти понизится до 40 долл. за баррель, а среднегодовой курс доллара может краткосрочно достигать почти 80 руб. (см. таблицу).

— А в районе 70 руб. курс может быть уже в конце этого года?

— Да. Но для этого нужно, чтобы спад в крупных странах Европы или США начался уже осенью. Если же будет просто сохраняться неопределенность на нынешнем уровне или чуть выше, рубль, вероятно, будет покрепче. Такое развитие событий отражает наш базовый (текущий) прогноз, основанный на продолжении торговых войн, но без дополнительных шоков. А затем в 2021 г. начнется восстановление темпов экономического роста.

— То есть кризис будет не очень глубоким?

— Есть надежда на это. За последние 20 лет мир накопил большой опыт в регулировании финансовой сферы и организации национальных бюджетов. В банковских системах многих развивающих стран иностранные валюты занимают теперь примерно одинаковую долю с национальными.

Страховка для России

— Готовы ли мы к новым трудностям?

— По сравнению со многими странами, у нас сегодня очень устойчивая экономика. В очень хорошем состоянии госфинансы, низкий госдолг, бездефицитный бюджет, очень высок объем золотовалютных резервов.

Это топливная ориентация экспорта. Это низкая по мировым меркам доля инвестиций, идущих на реализацию новых проектов. И это политическая напряженность в отношениях с Западом, которая ограничивает торговлю с другими странами.

— Министр экономики Максим Орешкин уже не раз заявлял, что Россия будет развиваться, опираясь на собственные силы, а возможность мирового спада в государственные программы уже заложена. Это так?

— По большей части, да, федеральный бюджет формируется сейчас исходя из консервативных цен на нефть. И действует правило, по которому валютные доходы государства, полученные от продажи нефтяного сырья сверх определенной цены, не расходуются, а поступают в Фонд национального благосостояния. На 2019 г. установлена цена в 41,6 долл. за баррель. Поэтому пока среднегодовая стоимость нефти не опустится ниже этой отметки, никаких угроз для бюджетной сферы не возникнет.

При этом все сценарии развития страны, на которых основаны программы МЭР, на наш взгляд, подразумевают достаточно мягкие внешние условия. Наши прогнозы более жесткие.

Сигналы тревоги

— За какими новостями нужно следить, чтобы понять приближается кризис или отступает?

— Тревожные сигналы — негативная информация об ухудшении дел в США, Китае и ведущих странах Европы. Именно от них зависит спрос на основные экспортные товары России — нефть, газ, уголь. Позитивные показатели — сообщения о наращивании российского несырьевого экспорта: сельхозпродукции, материалов и оборудования. Важно также хорошее самочувствие нашего банковского сектора. От него зависит нормальная работа всех остальных отраслей. А опасность введения очередных антироссийских санкций сейчас понизилась и отступила на второй план.

— Как вести себя, чтобы защититься от последствий мировых финансовых катаклизмов?

— Надеяться на лучшее, но готовиться к худшему. Это главная личная политика.

В какой? Тут трудно дать конкретный совет, который всем подойдет. Лучше ориентироваться на собственный опыт, используя такие инструменты, которые давали результат в прошлые годы. Кризисов в России уже было немало, и многие успели наработать личную антикризисную практику.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector